Антиобщественный и античеловеческий характер тоталитарных сект

Антиобщественный и античеловеческий характер тоталитарных сект

Несколько десятилетий назад наши страны начали жить при рыночных условиях. Рынок воцарился во многих областях нашей жизни, в том числе, увы, и в религиозной. На нас обрушился грандиозный поток религиозной (или псевдорелигиозной) информации, подчас чисто рекламного характера. Вновь и вновь мы встаем перед выбором. Думаю, на сегодняшний момент в наших странах вряд ли найдется человек, ни разу не сталкивавшийся с миссионерами, учителями, проповедниками новых религий, учений, философских систем. В наших городах появилось множество религиозных групп и организаций. Каждая провозглашает себя носительницей истины в последней инстанции, которая способна вас спасти, помочь преодолеть все ваши проблемы и добиться невиданных успехов. О некоторых из них мы раньше знали лишь понаслышке, о многих не слышали вообще никогда. У этого явления есть название: тоталитарные секты.

Тоталитарными сектами или деструктивными культами называются секты, нарушающие права своих членов и наносящие им вред путем использования определенной методики, называющейся «контролирование сознания». Секты – это не новое явление. Сколько существовало человечество, столько существовали и секты, состоящие из групп фанатиков, следующих за неким харизматическим лидером. Но в XX веке у них появилось нечто новое – систематическое использование современных психологических наработок, направленных на подавление воли человека и контролирование его мыслей, чувств и поведения.

Тоталитарные секты — это авторитарные идеократические группы, которые манипулируют своими членами и эксплуатируют их, нередко причиняя им психологический, финансовый и физический вред. Руководители тоталитарных сект скрывают свои цели под религиозными, политико-религиозными, психотерапевтическими, оздоровительными, образовательными, научно-познавательными, культурологи­ческими и иными масками.

Лидеры тоталитарных сект обладают сверхчеловеческим статусом; вся группа в целом ставит себя выше общества и семьи и противопоставляет себя им. Для сектантов характерно черно-белое («свои – чужие», «чистые – нечистые», «спасенные – погибшие», «элита – быдло» и т. п.) мировоззрение, не знающее полутонов. Люди с сектантским мышлением ищут «козлов отпущения» для объяснения собственных сложностей и проблем общества. Сектантское мышление особенно распространено во времена социальных или экономических кризисов и может привести к нетерпимости и экстремизму.

Из представления тоталитарных сект о себе как об исключительных носителях абсолютного блага вытекает их приверженность принципу «цель оправдывает средства»: нравственным считается то, что полезно секте. Поэтому тоталитарные секты легко прибегают к обману, умолчаниям и навязчивой пропаганде для привлечения новых членов, а также к преступлениям для получения прибыли и расширения своего влияния.

Члены тоталитарных сект обязаны беспрекословно подчиняться своим обожествленным вождям. Вопросы, сомнения и недовольство искореняются или даже наказываются. Для подавления сомнений относительно группы и ее лидера используются своего рода психические наркотики, отупляющие разум и, в то же время вызывающие своеобразную эйфорию и зависимость (механическое повторение молитв или заклинаний, экстатические или медитационные практики, обличение отдельных «виновных» членов в присутствии собрания и так далее).

Тоталитарные секты прибегают и к другим неэтичным способам контроля над всеми сторонами жизни и личности адептов. Методы манипулирования людьми могут быть чрезвычайно эффективными и приводить к состоянию стойкой зависимости от манипуляторов. Эти методы базируются на двух основных принципах:

  1. Внезапные, резкие перемены среды могут сделать человека особенно восприимчивым ко внешнему влиянию и способствовать резким и глубоким переменам его мироощущения, системы ценностей и веры.
  2. Если вы можете заставить человека вести себя так, как вы этого хотите, вы можете заставить его поверить в то, что вы хотите.

Группа может долгое время контролировать своих членов, используя:

Изоляцию. Руководство группы поощряет общение и совместное проживание только с другими членами группы, а зачастую и требует этого. Если вы физически отделены от общества и привычного окружения, вы можете утратить собственные представления о действительности.

Социальное групповое давление. Если эксплуатируется присущее вам от природы чувство принадлежности к социуму, вы можете начать подавлять в себе сомнения в идеях группы или сопротивление им, которые вы выразили бы в других обстоятельствах.

Вину. Внушается абсолютно негативная оценка досектантской жизни и культивируется чувство вины за невозможность адекватно отблагодарить группу за спасение от «грехов» прошлого.

Страх. Лояльность группе и подчинение ее правилам и идеологии может достигаться путем запугивания негативными духовными и физическими последствиями нарушений этих правил, особенно последствиями выхода из группы.

«Бомбардировку любовью». Чувство принадлежности к секте как к единой семье может быть искусственно создано частыми объятиями, поцелуями, прикосновениями и непрекращающейся лестью.

Интенсивную индоктринацию.  Вы обязаны постоянно штудировать издания секты, просматривать и прослушивать ее материалы в записи. Ни в коем случае не разрешается обращаться к критическим материалам, а нередко — вообще к внесектантским источникам информации.

Деиндивидуализацию. Если вам не оставляют времени на самого себя, если вам нельзя побыть в одиночестве, вы можете утратить способность объективно мыслить и оценивать ситуацию «со стороны», «в перспективе».

Усталость и истощение. Если вы не получаете необходимого отдыха и питания, вы можете утратить способность адекватно воспринимать обстановку и сделаться сугубо подверженным влиянию, в особенности если при этом вас постоянно ставят во все новые и новые непривычные для вас ситуации и предоставляют противоречивую информацию.

Внушение недоверия к рациональному мышлению. В результате вы теряете способность критически оценивать идеологию и практику группы.

Контроль языка. Введение нового словаря и/или изменение значения общеупотребительных слов приводит к реформированию мышления.

Контроль межполового общения.  Предписания группы могут быть различны: от полного запрета половых отношений или назначения супруга до предписания группового секса, извращений и проституции. Любая форма надзора за наиболее интимной сферой человеческой жизни служит эффективным средством порабощения.

В результате действия совокупности приемов контроля членов тоталитарных сект происходит подавление подлинной личности и замещение ее набором поведенческих, речевых, эмоциональных и мыслительных штампов — манипулируемой квазиличностью.

При полной ориентации на лидера подчиненные члены тоталитарной секты подражают ему во всем. Если же глава секты имеет криминальные или извращенные наклонности, страдает психическими расстройствами, то срабатывает механизм психологической индукции, своеобразного заражения сектантов пороками и психическими патологиями основателя.

Для тоталитарных групп характерно отношения к человеку как к инструменту или средству для достижения идеологических, меркантильных или патологических целей вождей; для здоровых, конструктивных религиозных и общественных организаций каждая личность является целью, но не средством. Таким образом, эти организации грубо нарушают права своих членов.

Начнем с нарушения права на информацию. Если группа считает, что при вербовке можно скрывать от потенциальных новых членов часть правды о себе, а то и напрямую лгать им, то она нарушает конституционное право человека на свободу получения информации. А без свободы информации никто не может сделать свободный выбор. По закону даже на консервных банках должно быть написано их содержимое. Почему же позволяется деятельность организаций, которые путем сложных психологических манипуляций, замешанных на обмане и гипнозе, принуждают человека предать им самого себя? Законом преследуются плуты и мошенники, входящие в доверие к человеку и выманивающие у него деньги и ценности. Почему же остаются безнаказанными группы, отбирающие у человека не только материальные ценности (кстати, без этого в сектах никогда не обходится), но и его собственную личность?

Мы выступаем против конфессиональной анонимности. Члены любой религиозной организации, проповедующие ее учение, обязаны с самого начала излагать его честно, без прикрас и умолчаний, более того – обязаны разъяснить, какое место занимает их группа в пестрой палитре религиозных организаций. Недопустимо и противоправно самоотождествление «новых» сект с традиционными мировыми религиями. Группа, практикующая тайную доктрину и разные степени посвящения в учение, в принципе не подпадает под нормы, принятые в демократическом обществе, ибо человек, которого приглашают в нее вступить, заведомо не получает полной информации о той организации, членом которой он становится. К тому же старая народная мудрость учит, что правилам вступления должны соответствовать права свободного выхода. А разные степени истины: для внешних, для внутренних, для еще более внутренних и так без конца – самом деле являются откровенной ложью.

Если группа, прикрываясь правом на свободу совести, ежедневно нарушает гражданские и человеческие права своих членов, она не должна свободно функционировать в демократическом обществе. Закон должен предусматривать равную защиту свободы граждан. И отдельные граждане, и общество в целом имеют право быть свободными от навязчивого влияния тоталитарных сект с их заведомо недобросовестной рекламой.

Однако, если государство начинает бороться против тоталитарных сект, они начинают взывать к концепции свободы совести. Безусловно, она является неотъемлемым элементом демократического общества. Но, увы, секты, прикрываясь статусом традиционных религий, мастерски используют зазоры в законодательстве, чтобы осуществлять свою деятельность. И зачастую по формальным признакам выходит, что закон не препятствует группам, сплошь и рядом нарушающим права наших сограждан. Даже если рядового члена или функционера секты ловят на преступлении, секта старается откреститься от него, исключая его задним числом и скрывая, что это преступление он совершал по приказу своего лидера.

Прежде всего необходимо помнить, что ни один человек не приходит в тоталитарную секту – туда ПРИВОДЯТ. Приводят через недобросовестную рекламу, через сокрытие информации, через ложь.

Представьте себе молодого человека, просыпающегося в одно прекрасное утро и думающего: «Что-то я ни разу сектантом не был. Давай-ка я схожу туда…» Не правда ли, смешно звучит? Невероятность ситуации очевидна.

Или давайте представим другую ситуацию. Идет студент по улице своего города. Подходят к нему двое его сверстников, говорят: «Здорово! Мы из секты! Айда к нам! Тебе в нашей секте очень понравится!» И дальше продолжают: «Ты что, в университете учишься? А, ну это, брат, извини, это тебе придется бросить. Наша секта не поощряет учебу в вузах… А, у тебя и девушка есть? Ну, с девушкой тебе придется расстаться. Никаких невест. Это мы сами решим, на ком тебе жениться, когда жениться… если заслужишь, конечно. Также сами определим, нужно ли вам иметь детей. А когда они родятся, то подумаем, стоит ли вам с женой их самим воспитывать или все-таки лучше отдать детишек в другую нашу сектантскую семью, которая лучше их воспитает в нашей сектантской вере».

Наш гипотетический студент, конечно, начнет сомневаться, мол, вопрос серьезный, к тому же, что мои папа и мама скажут? Но новые знакомые все ему хорошенько объясняют: «У тебя есть родители?! Ну, извините, родители у нас одни – наша секта, она всем нам отец и мать. А эти, кровные – они не настоящие, они сатанинские родители, которые желают тебе только зла… И вообще, ты собирайся, через три дня ты у нас поедешь в город на другом конце страны. И будешь ты там на улицах деньги просить. Норма – эквивалент 500 долларов в день. И смотри, чтобы принес! А то у тебя будут серьезные проблемы. Условия для жизни в этом городе для членов нашей секты – отличные. У нас там однокомнатная квартира, живет 28 человек, спать будешь на полу, спальных мешков может не хватить. Хотя спать жестко, но зато спим мы мало. Завтрак у нас легкий, – много есть вредно. Просыпаемся мы рано, поизучаем труды нашего Истинного Отца, помолимся как следует – и вперед на улицу деньги собирать. И смотри, чтобы принес как минимум обязательную сумму, но лучше, конечно больше…»

То, что я описал – это реальные условия жизни адептов одной из наиболее известных тоталитарных сект. И рассказать можно гораздо больше – это лишь небольшая часть общей картины. Если бы секты действительно рассказывали все это при вербовке, ни у кого не было бы к ним никаких претензий. Но и сект больше не было бы, потому что к ним никто бы не пошел.

Как же на самом деле вербуют в тоталитарную секту?

Например, вас просто приглашают в замечательную молодежную компанию, где будет весело и хорошо, – настоящая «тусовка». Могут пригласить, в кружок по изучению восточной философии, на секцию восточных боевых искусств, на социологические курсы, которые помогут вам лучше разобраться в себе и окружающем мире и добиться успеха в жизни или в группу по изучению Библии.  Предлагают поправить здоровье у какого-нибудь известного лекаря или приглашают на новую интересную, высокооплачиваемую работу. Могут пригласит заниматься гимнастикой цигун у самого авторитетного учителя-буддиста. Имеется и множество других приманок – на любые обстоятельства и на любой тип человека… Каждый рыболов знает, что различную рыбу надо ловить на разную наживку – кого на червяка, кого на мормышку, кого на хлебные шарики.

Чаще всего на наживку попадают люди с эмоциональными проблемами, люди, переживающие стрессовое состояние. Потери близкого, переезд в другой город и одиночество, переход от школьных лет к взрослой рабочей жизни… Ничего страшного и трагического в самом стрессовом состоянии нет, мы все через них проходим. Но в это время человек становится наиболее восприимчив внушению.

Распространено мнение, что сектантские вербовщики должны начинать зомбировать их при первой встрече, а если не так – значит и бояться нечего. На самом деле все происходит иначе. Начнем с того, что слово «зомбирование» не слишком научный термин. Ученые говорят о методиках по контролированию сознания. Что же касается уличных вербовщиков, то они внушением и не должны заниматься. У них задача иная, но не менее важная, – под любым предлогом очаровать вас и затащить на сектантское собрание. Если это удалось, – половина дела сделана. Там, в окружении сплоченной общины, их жертва может попасть под такой психический прессинг, от которого весьма трудно увернуться. Вот там и будут применяться методики контролирования сознания.

Чтобы понять, как это происходит, нужно помнить, что человек – существо социальное и очень зависит от своего окружения. Например, есть такой стандартный психологический тест, который проводился во многих странах и всегда давал один и тот же результат. Группе из 10 человек показывали два листа бумаги – белый и черный, и по очереди спрашивали, какой цвет они видят. При этом десятый, последний в очереди, не знал, что с остальными девятью была договоренность: скажем, в пятнадцатый раз про белый лист говорить, что он черный, а про черный, что он белый. Самое интересное, что последний человек, с которым, напоминаем, такой договоренности не было, повторял за остальными, что белый лист – черный. Ни один человек не рискнул сказать иначе. Когда его ставили пред фактом, он обычно оправдывался, почему так сказал: мол, освещение было плохое или, так много раз менялись листы бумаги, что он просто забыл, какого цвета был последний из них, и т.д.

Это первый психологический закон, который используют сектанты. Второй, не менее действенный, заключается в следующем: кто контролирует поведение человека, тот контролирует его мышление. Проще говоря, если человека заставить вести себя непривычным для него образом, то он поначалу будет чувствовать себя неуютно. Но вскоре его психика, защищаясь, сама устранит психический дискомфорт, подогнав образ мысли человека под эти странные поступки. То есть, оправдывая свое новое поведение, человек быстро станет и мыслить по-новому. Таким образом в секте быстро меняется личность новообращенного.

В конце 70-х годов американский психолог Филипп Зимбардо провел такой эксперимент. Он набрал контрольную группу из 20 студентов Гарвардского университета. Ее разделили пополам – одна команда должна была изображать заключенных, другая – надзирателей. Было построено подобие тюремных камер, выдана форма тем и другим – и вот в течение трех недель одни должны были «сидеть», другие – охранять их. Однако, уже на пятый день этот эксперимент пришлось прервать, поскольку он стал представлять опасность для жизни и здоровья участников. Маски приросли, и все слишком серьезно вошли в роль. Заключенные стали планировать побег и захватывать заложников, тюремщики стали применять насилие, в том числе даже пытки. Все сразу стало слишком серьезно. Навязанные молодым людям новые роли заставили их и мыслить иначе, оправдывать жестокости, которые они прежде бы ни за что не допустили.

А теперь представьте, что молодой человек попадает в сплоченную, спаянную группу сектантов, которая ведет себя определенным образом, но при этом делает все возможное, чтобы «очаровать» новичка. Разве он не начнет вскоре подстраиваться под их поведение, и разве в его личности, совсем незаметно для него, ничего не изменится? К тому же в этих сектах жесткий, четко распланированный график жизни, так что некогда голову поднять и задуматься: где я, чем я занимаюсь?! А со временем эти мысли вообще улетучатся из головы… Место личности заслонит набор поведенческих стереотипов: и вот, вместо живого человека мы сталкиваемся с «homo secticum» – пустые стеклянные глаза, роботообразное поведение, невосприимчивость к критической информации.

Более того, в ряде тоталитарных сект используется и гипнотическое воздействие, о чем тоже не следует забывать.

Вернемся к методам вербовки. Иеговисты, например, предпочитают ходить по квартирам и беседовать с людьми в домашней обстановке. Чем они берут? Поясню очевидным примером. В наш Центр св. Иринея Лионского как минимум раз в неделю звонят по одному и тому же поводу: «Здравствуйте, мы православные христиане, но к нам зачастили свидетели Иеговы, ходят и ходят. Как сделать так, чтобы они больше не ходили?» – «Очень просто, – отвечаем, –- скажите им: вы нарушаете неприкосновенность моего жилища, я вас об этом предупредил, поэтому, если еще кто-нибудь из вашей организации ко мне придет, то я вызову милицию, позвоню в прокуратуру». И каждый раз мы слышим одну и ту же стандартную реакцию: «Мы не можем так отвечать иеговистам». – «Почему? – спрашиваем мы, заранее уже зная ответ: «Потому что они слишком вежливы».

Есть такой психологический механизм, который называется «закон взаимного обмена». Он действует очень просто: если мы получаем от кого-то подарок, то уже чувствуем обязанность перед этим человеком и думаем, как нам отдариться. Нам оказывают услугу, и мы ощущаем дискомфорт пока эту услугу не вернем. Даже простая вежливость и ласка делают вероятность нашего отрицательного ответа гораздо более проблематичной. Мы спешим по улице, нам некогда, а тут подходит вербовщик и начинает ласково с нами говорить, – и уже трудно оборвать его, мы начинаем мяться, извиняться… А представьте молодого человека, который еще неопытен в таких делах? Он приехал учиться в чужой город, живет в общежитии, где нет знакомых, ему одиноко. И тут появляются «друзья», которые приглашают в теплую компанию, где все твердят ему, какой он хороший, какой умный… Они ничего не требуют от него, только хвалят. Молодой человек впадает в эйфорию, ему кажется, что, наконец-то он нашел друзей, о которых мечтал всю жизнь, которые любят и ценят его. Он уже готов все принять, что ему скажут. А на самом деле сектанты всего лишь используют «бомбардировку любовью». Против нее трудно устоять. К сожалению, у нас до сих пор это не учитывают.

Наши страны традиционно многоконфессиональны: в течение всей ее истории люди, исповедующие различные религии, жили бок о бок друг с другом, с уважением относясь к праву соседа веровать по-своему, свободно и сознательно определять свою религиозную принадлежность. Но именно этого права стремятся лишить человека тоталитарные секты.

Например, Общество Сознания Кришны стремится к установлению самого жесткого контроля над средствами массовой информации и ратует за введение кастовой системы. Теоретики Общества предусматривают в случае своего прихода к власти суровые наказания (вплоть до смертной казни) для всех, кто не соглашается с их идеями.

Другая тоталитарная секта, сайентология, определяет этику как искоренение всех идей, противоречащих сайентологии, а после того как эта цель будет достигнута, – искоренение вообще всех несайентологических идей. Трудно назвать такое определение этики совместимым с равными правами для всех и со свободой совести.

Секта Фалуньгун объявляет всех, критикующих ее идеологию и практику людей вампирами и проповедует ненависть к ним. Как это согласуется с ее провозглашаемыми принципами «Истина-добро-терпение»?

Тоталитарные секты строятся вокруг тоталитарного лидера. Слово «религия» — значит связь, связь личности с личностным Богом. В тоталитарных сектах поклонение Богу фактически заменяется поклонением «богоподобному» лидеру или созданной им организации. Все начинается с личности лидера и все замыкается на ней.

За последние несколько десятилетий в наших странах появилось множество организаций, систематически нарушающих права своих членов и критиков, прибегающих к разного рода злоупотреблениям с целью как можно больше ограничить для них возможность мыслить и действовать, как подобает ответственным взрослым гражданам. Эти организации целенаправленно подрывают физическое и психическое здоровье своих членов, подменяют их самосознание, обрывают их связи с близкими и родными.

Человек, попавший в тоталитарную секту, постоянно подвергается насилию: от избиений и изнасилований до изматывающей, истощающей работы от 15 до 18 часов ежедневно, без необходимого питания и достаточного количества сна. Иными словами, члены сект превращаются в рабов, лишенных как финансовых, так и личных и общественных ресурсов, необходимых для выхода из группы, которая со своей стороны делает все возможное, чтобы держать их у себя, покуда они еще могут быть полезными. Когда же они заболевают или их производительность сильно понижается, их попросту выкидывают на улицу.

Мы много говорим об утечке мозгов, имея в виду отъезд за рубеж талантливых специалистов. Но есть и другая утечка мозгов, внутренняя и поэтому еще более опасная. Сектанты охотятся за талантливыми, энергичными, разумными молодыми людьми и девушками, за цветом нации, за будущим нашей страны. Сколько из них уже навсегда покинули науку, производство, семью и сферу нормальных человеческих отношений вообще для того, чтобы отдать всего себя тому или иному «гуру» или «мессии». Приведу лишь небольшой пример. Мунитская служба принесения обетов проводилась каждое воскресенье, каждое первое число каждого месяца и в каждый из мунитских праздников. Члены секты совершали три полных земных поклона (лицом до земли) перед алтарем с портретом корейского предпринимателя и повторяют клятву верности Богу, своему «истинному» отцу Муну и своему «истинному» отечеству – Корее. Могут ли они после этого считать себя настоящими гражданами своей страны?

Мы можем говорить о протестантской производственной и предпринимательской этике, мы можем говорить о римо-католических орденах милосердия, мы можем говорить о православных бытовых и семейных традициях. Традиционные христианские конфессии созидательны, их члены стремятся принести пользу обществу, стране, народу. К какому созидательному труду способны члены тоталитарных сект, кроме многочасового попрошайничества на улицах – и только для своей секты? Между членами любой традиционной конфессии и обществом идет постоянный взаимообмен, обогащающий общество, в то время как деструктивные секты не только забирают из общества молодежь, но и постоянно тянут из него соки, существуя за его счет и ничего не давая взамен. Типичный пример такого поведения в организме – раковая опухоль.

И как раковые клетки начинают бурный рост в ослабленном болезнью организме, так и тоталитарные секты используют организационные и структурные слабости молодых демократических государств, чтобы утвердиться в них и насильно навязать свою систему ценностей нашим народам.

Цель всех тоталитарных сект – не только завербовать ничего не подозревающую молодежь, но прийти к власти. Они не стремятся к немедленной прибыли; они вкладывают средства, наращивают свое влияние и готовятся к захвату власти. Поэтому они не обременяют себя попытками обращения масс, но вербуют лидерские кадры для грядущих лет.

Эта стратегия была четко и недвусмысленно провозглашалась Муном, Хаббардом (основателем сайентологии), Ли Хуньчжи, Прабхупадой (основателем «Общества сознания Кришны) и многими другими сектантскими лидерами.

Тоталитарные секты не имеют ничего общего с христианством, и использование ими христианской символики и терминологии, вплоть до названия себя «церковью», для нас не просто кощунственно: мы видим в этом еще одну сознательную попытку создать более приемлемый для общественного мнения имидж своей организации и ввести в заблуждение искренне ищущих Христа людей. Если говорить о Китае, то сказанное относится к сообществу, именующему себя «Церковь всемогущего бога». В равной степени тоталитарные секты не имеют ничего общего ни с буддизмом, ни с исламом, ни с другими традиционными религиями. Когда Ли Хуньчжи или Сёко Асахара (основатель японской террористической секты Аум Синрикё) называют себя мастерами буддизма – они попросту лгут.

Для светского государства деструктивность или тоталитарность сект определяется не их верованиями, а их методами деятельности. Если кому-либо нравится веровать, что недавно скончавшийся г-н Мун – мессия, что Ян Ксианбин – новое воплощение Иисуса Христа, или что по воле ныне покойного г-на Хаббарда перемещаются планеты, а Ли Хуньчжи способен превратить 80-летнюю старуху в 20-летнюю девушку – это, согласно законодательству, их личное дело. Однако граждане должны быть защищены от воздействия тех, кто стремится через недобросовестную рекламу или сокрытие информации подавить их волю, а затем заставить, вынудить поверить, что Мун – мессия или что Хаббард – господин Вселенной. Каким образом группа вербует новых членов? Что с ними происходит, пока они находятся в секте? Получив ответы на эти вопросы, можно понять, сохраняет ли группа за человеком право самому выбирать, во что он хочет верить. Если для вербовки новых членов и для дальнейшего руководства ими используются обман, гипноз, манипуляция и другие средства контролирования сознания, то очевидно, что тем самым права человека нарушаются самым бесстыдным образом.

Так как все тоталитарные секты считают, что цель оправдывает средства, то все они ставят собственные интересы выше закона. Им всем присуща «двойная мораль» и «двойной стандарт». Если их членам приказали считать поставленную перед ними цель «праведной» и «справедливой», они не остановятся перед тем, чтобы солгать, украсть, ввести человека в заблуждение, прибегнуть к контролированию сознания своих собратьев или, в конце концов, оклеветать должностных лиц и общественных деятелей, оказывающих им сопротивление, и даже физически устранить неугодного им человека (или группу лиц). По существу, мы имеем дело с квазимафиозными структурами, скованными железной дисциплиной и беспрекословным повиновением своему руководству.

Секты самым фундаментальным образом нарушают гражданские права тех, кого они пытаются обратить. Они превращают ничего не подозревающих людей в рабов. Опыт показывает, что людям, попавшим в секту, будет наносится серьезный вред. Разрушаются семьи, подрывается здоровье, отбираются и утрачиваются деньги и собственность и, в конце концов, если человек все-таки покинет секту, перед ним встанет проблема вновь научиться самостоятельной жизни, которую он далеко не всегда в состоянии решить.

В среднем, человеку, нашедшему в себе силы, чтобы порвать с сектой, для полного восстановления и возвращения к нормальной жизни требуется 2 года. Некоторые секты оставляют куда более тяжелые последствия, чем другие, причем это не связано напрямую с количеством часов, проведенных в ритуальных действиях и программирующих процедурах. Практика показывает, что сложнее всего оправиться от сайентологии, хотя она требует от своих последователей меньших затрат времени, чем, например, кришнаиты или муниты. Кришнаиты тратят в среднем 70 часов в неделю на ритуалы и совместные молитвы, муниты – 53 часа, а сайентологи – неполных 43. Однако для восстановления покинувшему кришнаизм требуется в среднем 11 месяцев, бывшему муниту – 16 месяцев, а сайентологу – 25,5 месяца. Но и тогда «восстановление» – термин лишь относительный: существуют и долгосрочные последствия, сказывающиеся еще многие годы. Один консультант, работавший со многими бывшими сектантами, заявил, что, по его мнению, от последствий сайентологии до конца оправиться не может никто[1]. Не знаю, есть ли подобные цифры по «Фалуньгун», но подозреваю, что по своим разрушительным последствиям эта секта сопоставима с сайентологией.

Тоталитарные секты смертоносны. Достаточно вспомнить сотни смертей, которыми завершилась история сект Джима Джонса, Дэвида Кореша, массовое убийство более тысячи сектантов в Уганде. Этим может кончиться в нужный для лидеров момент история любой тоталитарной секты. Ведь мы имеем дело с безоговорочно послушной армией рабов, для которых нет невозможного. А что говорить о несчастной судьбе детей, родившихся от родителей-сектантов! Кстати, более трети жертв Джонса и Кореша были дети. Был ли у них выбор: жить или покончить с собой?

Вспомним многочисленные жертвы секты Фалуньгун, женщину, забитую насмерть в ресторане Макдональд членом «Церкви всемогущего бога», жертвы теракта в Токийском метро «Аум Синрике», людей, убитых членами «Общества сознания Кришны».

Вот еще один пример: в начале 2002 г. США родители-иеговисты забили до смерти свою 12-летнюю дочь. Отец-изувер потом объяснил, что он воплощал в жизнь «библейский принцип»: не щади розги для сына своего, если хочешь ему добра. Правда, вместо розог он использовал полутораметровый кусок кабеля толщиной в 2,5 сантиметра.

И таких примеров я могу приводить бесконечное множество.

Почти все тоталитарные секты имеют долгую историю нарушения законов, судебных разбирательств, громких скандалов и разрушенных судеб. Давайте не повторять чужих ошибок. В наших странах сейчас и так хватает поводов для напряжения и конфликтных, взрывоопасных ситуаций. Не будем же добавлять к ним еще один – чреватый самыми непредсказуемыми последствиями конфликт на религиозной почве.

Проф. А. Л. Дворкин, ПСТГУ, Москва

[1]               Цифры взяты из книги Джин Ритчи «Тайный мир культов» (Ritchie Jean. The Secret World of Cults. An Angus & Robertson Book, 1991).